Новости науки

Новый снимок Млечного Пути — 46 миллиардов пикселей в ширину — можно считать самым большим астрономическим снимком за всю историю.

Источник

Международный коллектив ученых впервые отследил в реальном времени движение электрона в молекуле и показал, что этим процессом можно управлять. Результаты исследования представлены в журнале Science, а коротко о них сообщается в пресс-релизе МФТИ, поступившем в редакцию «Ленты.ру».

Эксперименты проходили в рамках аттофизики — направления науки, изучающего явления с аттосекундной длительностью (продолжающиеся миллиардные доли миллиардных долей секунды). С помощью аттофизики ученые пытаются отследить сверхбыстрые перемещения электронов в молекулах (перестройку их электронных оболочек). Эти процессы — ключ к пониманию химических и биохимических реакций, поскольку образование новых химических связей и заключается в «перераспределении» электронов.

Ученые из России, Дании, Бельгии и Канады под руководством Ганса Якоба Вернера из швейцарской Высшей технической школы в Цюрихе ранее продемонстировали возможность таких наблюдений. В ходе последних экспериментов они смогли действительно проследить движение электронов с временным разрешением 100 аттосекунд и показать, что ими можно управлять.

В эксперименте использовались молекулы йодацетилена (HCCI), которые представляют собой вытянутые цепочки из четырех атомов — водорода, двух атомов углерода и атома йода. Под действием мощных и очень коротких лазерных импульсов конфигурация электронной оболочки молекулы менялась: в ней возникала «дырка» — вакантное место, которая затем начинала колебаться, перемещаясь от одного конца молекулы к другому.

Однако речь идет не о перемещении в буквальном смысле слова, как в классической физике. «В результате туннельной ионизации в сильном лазерном поле возникает суперпозиция двух квантовых состояний дырки: подобно коту Шредингера, который одновременно и жив, и мертв, в этой суперпозиции дырка одновременно может быть найдена на разных концах молекулы. Вероятности найти дырку на каждом из концов осциллируют со временем, что и создает эффект миграции дырки вдоль молекулы. Дырка перемещается от конца к концу, и характерное время этого движения — порядка 100 аттосекунд», — рассказал соавтор статьи Олег Толстихин, главный научный сотрудник и доцент кафедры теоретической физики МФТИ.

Облучая ориентированные молекулы мощными лазерными импульсами, ученые смогли получить спектры высоких гармоник, которые отражали состояние электронной оболочки молекулы. В этом эксперименте впервые был получен весь набор информации, включая относительные фазы гармоник, необходимый для восстановления динамики дырки. Работа теоретиков заключалась в том, чтобы вычленить из собранных данных информацию об этой динамике, научиться расшифровывать спектры, подобно тому, как астрофизики по доплеровскому смещению в спектре звезды могут измерить ее скорость.

Кроме того, меняя поляризацию лазера, исследователи продемонстрировали возможность влияния на динамику перестройки в электронной оболочке молекулы лазерным полем — именно это может помочь управлять исходом химических реакций.

Источник

Когда звезда оказывается слишком близко к черной дыре, мощная гравитация этой черной дыры может разорвать неудачливую звезду на части. При этих событиях, называемых приливными разрывами, одна часть остатков звезды выбрасывается в направлении от черной дыры с высокой скоростью, в то время как другая часть этих остатков падает на черную дыру. Это приводит к возникновению отчетливой рентгеновской вспышки, которая может продолжаться в течение нескольких лет.

Команда астрономов, включающая несколько астрономов из Мэрилендского университета, США, во главе с наблюдала событие приливного разрыва в галактике, лежащей на расстоянии 290 миллионов световых лет от Земли. Это событие является ближайшим приливным разрывом, открытым за последнее десятилетие, и описано в опубликованной на днях новой научной работе.

Работающий в оптическом диапазоне обзор All-Sky Automated Survey for Supernovae (ASAS-SN) изначально обнаружил это событие приливного разрыва, известное как ASASSN-14li, в ноябре 2014 г. Это событие произошло близ сверхмассивной черной дыры, лежащей в центре галактики PGC 043234. Дальнейшие исследования рентгеновского излучения, порожденного этим приливным разрывом, которые проводились при помощи рентгеновской обсерватории НАСА «Чандра», космического аппарата НАСА Swift Gamma-ray Burst Explorer и спутника Европейского космического агентства XMM-Newton, дали ученым более ясную картину события.

Ученые определили, что большая часть рентгеновских лучей формируется за счет материи, расположенной экстремально близко к черной дыре, то есть занимающей самую низкую стабильную орбиту вокруг черной дыры. Однако полученные рентгеновские данные также указывают на присутствие звездного ветра, переносящего газ, не достигший горизонта событий – или точки невозврата – черной дыры в направлении от неё. Однако этот ветер не достигает скорости, достаточной для выхода из зоны притяжения черной дыры, вместо этого двигаясь вокруг неё по эллиптической орбите, объясняют исследователи.

Работа опубликована в журнале Nature.

Источник

МОСКВА, 22 окт — РИА Новости. Международная группа ученых, в составе которой российские исследователи, впервые отследила в реальном времени перемещение электрона в молекуле и показала, что такими процессами можно управлять — в будущем это даст возможность непосредственно управлять ходом химических реакций и биологических процессов, статья об этом опубликована в Science.

Авторы исследования, экспериментаторы под руководством Ганса Якоба Вернера из швейцарской Высшей технической  школы в Цюрихе и теоретики из России, Дании, Бельгии и Канады, включая главного научного сотрудника и доцента кафедры теоретической физики МФТИ Олега Толстихина, занимаются так называемой "аттофизикой" — изучением явлений, которые продолжаются аттосекунды, то есть миллиардные доли миллиардных долей секунды (10−18  секунды).

С помощью методов аттофизики ученые пытаются отследить сверхбыстрые перемещения электронов в молекулах — перестройку их электронных оболочек. Эти процессы являются ключом к пониманию химических и биохимических реакций, поскольку образование новых химических связей и заключается в "перераспределении" электронов. Ранее группа во главе с Вернером уже провела серию экспериментов, которые показали возможность таких наблюдений, теперь же им удалось действительно проследить движение электронов с временным разрешением 100 аттосекунд и показать, что ими можно управлять.

"В работе наблюдалась миграция электронов вдоль линейной молекулы. Нам впервые удалось увидеть движение электронов, как это все происходит, детально. Кроме того, мы показали, что можно управлять этим движением, а значит, в принципе, можно управлять исходом химических реакций", — приводятся в сообщении МФТИ слова Толстихина.

В эксперименте ученые использовали молекулы йодацетилена (HCCI), которые представляют собой вытянутые цепочки из четырёх атомов — водорода, двух атомов углерода и атома йода. Под действием мощных и очень коротких лазерных импульсов конфигурация электронной оболочки молекулы менялась: в ней возникала "дырка" —вакантное место, которая затем начинала колебаться, перемещаясь от одного конца молекулы к другому.

Толстихин подчёркивает, что здесь речь не идёт о перемещении в буквальном смысле слова, как в классической физике. "В результате туннельной ионизации в сильном лазерном поле возникает суперпозиция двух квантовых состояний дырки: подобно коту Шредингера, который одновременно и жив, и мертв, в этой суперпозиции дырка одновременно может быть найдена на разных концах молекулы. Вероятности найти дырку на том каждом из концов осциллируют со временем, что и создает эффект миграции дырки вдоль молекулы. Дырка перемещается от конца к концу, и характерное время этого движения — порядка 100 аттосекунд", — говорит учёный.

Облучая ориентированные молекулы мощными лазерными импульсами ученые смогли получить спектры высоких гармоник, которые отражали состояние электронной оболочки молекулы. В этом эксперименте впервые был получен весь набор информации, включая относительные фазы гармоник, необходимый для восстановления динамики дырки. Работа теоретиков заключалась в том, чтобы вычленить из собранных данных информацию об этой динамике, научиться расшифровывать спектры, подобно тому, как астрофизики по доплеровскому смещению в спектре звезды могут измерить её скорость.

"Реально мы наблюдаем не положения электронов, а спектр высоких гармоник, который возникает в процессе взаимодействия мощного импульса лазера с молекулой. Из этих спектров, которые косвенно связаны с движением дырки, её положение можно восстановить, что мы и сделали", — говорит Толстихин.

Кроме того, меняя поляризацию лазера исследователи продемонстрировали возможность влияния на динамику перестройки в электронной оболочке молекулы лазерным полем. "Именно это может, в конечном счете, позволить управлять исходом химических реакций. Если у вас какая-то смесь, где химические реакции могут закончиться разными исходам, вы сможете, выбирая нужную форму импульса, выбирать нужный для вас исход", — говорит Толстихин.

По его словам, очень характерным и типичным для современных научных исследований является интернациональный состав участников. Именно синергия знаний и опыта пяти групп физиков из разных стран позволил достичь поставленной цели, отметил он.

Источник

 Российские физики раскрыли секрет невероятной прочности и упругости поликристаллических наноалмазов, способных царапать их монокристаллических природных "кузенов".

МОСКВА, 8 окт – РИА Новости. Ученые из Московского Физтеха выяснили, почему недавно открытые поликристаллические наноалмазы обладают рекордной твердостью и упругостью, и могут царапать природные алмазы, о чем ученые рассказали в статье в журнале Applied Physics Letters.

 За последние годы ученые открыли несколько новых форм углерода и других веществ и соединений, таких как нитрид бора, способных соперничать с алмазом в механической прочности и других качествах, которые раньше считались отличительной чертой алмазов. В их число входят эльбор, карбин, фуллерит, нанополикристаллические (NPD) алмазы и аморфный углерод, физическая подоплека многих свойств которых остается загадкой для ученых.

Павел Сорокин и Сергей Ерохин из Института сверхтвердых и новых углеродных материалов в Троицке и Московского физико-технического института в Долгопрудном раскрыли природу некоторых свойств NPD-алмазов, моделируя их свойства при помощи мощнейших суперкомпьютеров. О результатах экспериментов рассказывает пресс-служба МФТИ.

Ранее эксперименты с поликристаллическими алмазными — структурами, состоящими из множества мелких алмазных нанокристаллов — показали, что они в некоторых случаях могут быть более жёсткими, чем монокристаллический алмаз.

По словам Сорокина и Ерохина, все свойства алмазов подобного типа очень сильно зависят от того, каким размером обладают "зерна" углерода, из которых слеплены эти драгоценные камни. Как правило, чем меньше их размер, тем более прочными и устойчивыми бывают NPD-алмазы, однако физики не были до конца уверены, что будет происходить при дальнейшем уменьшении размеров наночастиц.

Расчеты, проведенные Сорокиным и Ерохиным, показывают, что способность поликристаллических алмазов сжиматься со всех сторон действительно зависит от того, какими размерами обладают его зерна. При этом ученым удалось найти объяснение аномальной прочности этих алмазов, в которой сомневались многие другие физики.

Как рассказывают российские ученые, секретом их стойкости к сжатию является то, что индивидуальные зерна углерода реагируют на равномерную нагрузку со всех сторон анизотропно. Это означает, что они лучше сопротивляются нажиму с одной стороны, чем с другой, и при этом каждое зерно реагирует на нагрузку по-разному.

Часть из них, как показали расчеты Ерохина и Сорокина, обладают более высоким коэффициентом объемной упругости, чем весь алмаз в целом. Возможной причиной этого, пишут физики, является то, что зерна обладают разной формой и что они по-разному контактируют друг с другом.

Результаты этих расчетов и физическое объяснение прочности наноалмазов, как надеются авторы статьи, помогут создать еще более прочные материалы, подбирая "правильный" размер и форму зерен. К примеру, ученые уже успели выяснить, что самые удачные алмазы должны получаться в тех случаях, когда их изготовляют из наночастиц диаметром в 10 нанометров, что полностью соответствует результатам практических экспериментов.

Подобные материалы имеют большое значение в различных областях промышленности, поскольку могут использоваться в качестве износостойких покрытий, абразивных материалов, в качестве инструментов для огранки и полировки и др. Таким образом, поиск и синтез новых сверх- и ультратвердых материалов с твёрдостью, сравнимой или даже твёрже, чем у алмаза, представляет особую важность с точки зрения как фундаментальной науки, так и прикладных применений", — заключает Сорокин.

Источник

При помощи Очень большого телескопа (Very Large Telescope, VLT) Европейской южной обсерватории (European Southern Observatory, ESO) международная команда астрономов обнаружила самую горячую и массивную двойную звезду, компоненты которой находятся настолько близко, что касаются друг друга. Эти две звезды в экстремальной системе VFTS 352 двигаются по пути к драматической развязке, состоящей в том, что эти две звезды либо сольются в одну гигантскую звезду, либо сформируют двойную черную дыру.

Эта двойная звездная система, называемая VFTS 352, находится на расстоянии 160000 световых лет в туманности Тарантул. Эта необычная область космического пространства является наиболее активной «колыбелью» новых звезд в ближайшей к нам части Вселенной, и новые наблюдения, проведенные при помощи VLT ESO, позволили установить, что эта пара молодых звезд является одной из самых странных и экстремальных в своем роде.

VFTS 352 состоит из двух очень горячих, ярких и массивных звезд, которые движутся друг относительно друга по орбите с периодом чуть более одного дня. Центры этих звезд разделены расстоянием всего лишь 12 миллионов километров. На самом деле, эти звезды расположены настолько близко друг к другу, что их поверхности перекрываются, и между звездами формируется мост из материи. VFTS 352 является не только самой массивной из известных науке систем, относящихся к этому крохотному классу «перекрывающихся двойных звезд» – объединенная масса двух её компонент составляет примерно 57 масс Солнца – но её компоненты также отличаются самыми горячими поверхностями, температура на которых достигает свыше 40000 градусов Цельсия.

Компоненты системы VFTS 352 имеют примерно равные массы, поэтому они «делятся» материей, вместо того чтобы «стягивать» материю одна с другой, как это обычно происходит в случае сильно отличающихся по массе звезд. Дальнейший жизненный путь звезд системы VFTS 352, как отмечают астрономы, закончится по одному из двух возможных сценариев: либо эти звезды объединятся с образованием одной гигантской, стремительно вращающейся звезды с мощным магнитным полем, либо их долгий финальный «поцелуй» закончится редчайшим космическим событием – рождением двойной черной дыры.

Исследование вышло в журнале Astrophysical Journal; главный автор работы Л. А. Алмейда.

Источник

Крупный астероид несется по направлению к Земле, и пройдет мимо нашей планеты под самый Хэллоуин, однако астрономы призывают не впадать в священный ужас – траектория астероида не проходит через нашу планету.

Этот космический камень размером примерно с футбольный стадион несется на «необычно высокой» скорости в 126000 километров в час, сообщило НАСА.

Согласно ранним оценкам, диаметр этого астероида – получившего название 2015 TB145 – составляет 470 метров, указывается на астрономическом веб-сайте Earth and Sky.

НАСА ожидает, что этот астероид станет самым крупным космическим телом, достигшим окрестностей нашей планеты до 2027 г.

«Если размер определен правильно, то этот вновь обнаруженный астероид оказывается в 28 раз крупнее, чем Челябинский метеор, который взорвался в атмосфере над российским городом Челябинском в феврале 2013 г.», говорится на сайте Earth and Sky.

Хорошая новость состоит в том, что этот астероид пройдет на безопасном расстоянии от нашей планеты, составляющем примерно 500000 километров, или 1,3 расстояния от Земли до Луны.

Этот астероид в действительности подойдет к Луне ближе, чем к Земле, пройдя на расстоянии всего лишь в 300000 километров от естественного спутника нашей планеты.

Астрономы смогут заметить этого «космического гостя» при помощи телескопов, однако астрономы-любители вряд ли смогут наблюдать этот астероид невооруженным глазом.

Максимальное сближение астероида 2015 TB145 с Землей состоится 31 октября в 15:14 GMT.

Источник

Самый мощный исследовательский реактор в мире строят в НИИ атомных реакторов в Димитровграде под музыку Баха и Шопена, сообщает ТАСС.

«В течение дня на стройплощадке звучат произведения Шопена и Баха. Лучше слушать классическую музыку, чем производственный шум», — отметил заместитель гендиректора компании-подрядчика «Уралэнергострой» Юрий Шупенько. По его словам, результаты исследований ученых свидетельствуют о том, что музыка на работе повышает производительность труда на 15–20%.

Запуск многофункционального быстрого исследовательского реактора четвертого поколения (МБИР) запланирован на 2020 год. Госкорпорация «Росатом» направит на его создание 50 млрд руб. Новый реактор заменит установку БОР-60, прослужившую полвека. Новая исследовательская ядерная установка с многоцелевым реактором МБИР позволит проводить исследования по материаловедению, физике реакторов, безопасности, производить уникальные радиоизотопы. Высота МБИР составит 63,7 м, размеры реакторного блока — 134 на 48 м. Площадь земельного участка составляет 14,1 га, мощность реактора — 150 МВт, на установке будут работать до 100 специалистов.

Источник

Печать взглядом со скоростью одной буквы в секунду стала реальностью — исследователи создали нейрокомпьютерный интерфейс, позволяющий это делать. Отдел науки «Газеты.Ru» рассказывает, каким образом можно связать взгляд и компьютер.

Нейрокомпьютерный интерфейс (НКИ) — изобретение не новое: соответствующие разработки начались еще в 1970-х годах в Калифорнийском университете. НКИ представляет собой систему, позволяющую головному мозгу человека обмениваться информацией с компьютером. Такие системы могут передавать информацию либо в одну сторону (мозг — компьютер или компьютер — мозг), либо обмениваться с человеком данными в обоих направлениях.

Подобные системы играют огромную роль в повышении качества жизни людей, страдающих различными заболеваниями: они могут имитировать сетчатку глаза и восстанавливать зрение при помощи электронного имплантата, давать парализованному человеку возможность управлять курсором на экране компьютера, набирать текст при помощи взгляда или даже контролировать действия имитирующего ту или иную конечность робота.

Если нейрокомпьютерный интерфейс соединить, например, с очками дополненной реальности, то человек сможет взглядом управлять освещением в комнате, переключать каналы телевизора и даже связываться с врачом.

НКИ может быть инвазивным — в этом случае в мозг пациента вживляется микрочип, который воспринимает электрические сигналы, испускаемые нейронами мозга во время передачи информации, а также неинвазивным. В этом случае на голове человека закрепляются электроэнцефалографические электроды, которые фиксируют вызванные потенциалы — электрическую реакцию мозга на внешние раздражители. Эти сигналы передаются компьютерному интерфейсу, который действует в соответствии с полученными командами.

Одной из способностей нейрокомпьютерного интерфейса является передача мозгу визуальной информации. Благодаря этому человек может печатать при помощи взгляда — правда, не очень быстро. Один из наиболее известных неинвазивных интерфейсов такого типа — он называется Р300 speller —

позволяет своему владельцу набирать пять символов в минуту, скорость передачи информации при этом составляет около 0,5 бит в секунду. Если для выполнения той же задачи используется НКИ инвазивного типа, процесс происходит немного быстрее — скорость передачи данных возрастает до 1,7–2,4 бит в секунду.

Журнал Proceedings of the National Academy of Sciences опубликовал статью группы китайских и американских исследователей, возглавляемой Сяоганом Чэнем из Университета Цинхуа.

Ученые сумели разработать неинвазивный нейрокомпьютерный интерфейс, позволяющий человеку печатать взглядом со скоростью от 50 до 60 символов в минуту.

В экспериментах приняли участие 18 человек в возрасте от 22 до 29 лет, средний возраст испытуемого составил 25 лет. Оборудование для опыта представляло собой специальный экран, разделенный на 40 клеток. В них были написаны 26 букв английского алфавита, 10 цифр от нуля до девяти, а еще четыре клетки были отведены под знаки препинания, пробел и клавишу backspace, которая позволяет стирать ошибочно введенную букву. Каждая клетка экрана испускала мерцание на определенной частоте, издавая таким образом присущий только ей сигнал.

В ходе первого опыта людей учили работать с интерфейсом, указывая, на какой букве следует сфокусировать взгляд, при этом компьютер испускал звуковой сигнал, когда ему удавалось «понять», куда смотрит испытуемый.

Второй эксперимент предназначался для того, чтобы человек при помощи взгляда напечатал фразу «High speed BCI» («Высокоскоростной НКИ»), при этом людям на это давалось три попытки. Каждый человек переводил взгляд с одной буквы на другую, задерживаясь на каждом символе в течение 0,5–1 секунды. Мерцание, испускаемое каждой клеткой, заставляло головной мозг по-разному реагировать на буквы. Закрепленные на голове участников эксперимента электроэнцефалографические электроды считывали электрический сигнал мозга и передавали его на интерфейс. Когда компьютер «понимал», на какую букву смотрит человек, он издавал световой сигнал и печатал символ на экране.

Скорость набора текста существенно

превысила все предыдущие достижения нейрокомпьютерных интерфейсов, составив 50 символов в минуту (средняя скорость передачи информации — 4,45 бит в секунду) в первом эксперименте и 60 символов в минуту во втором (средняя скорость передачи данных — 4,50 бит в секунду). В целом минимальная скорость передачи данных составила 3,33, а максимальная — 5,25 бит в секунду.

Авторы исследования акцентируют внимание на том, что количество ошибок, допущенных испытуемыми, было совсем незначительно: в 91% случаев опечаток не было вовсе. Одиннадцать человек сумели все три раза напечатать требуемое словосочетание без единой ошибки, а вот один испытуемый опечатался семь раз — после каждой ошибки он успешно пользовался клавишей backspace и стирал последний символ.

Ученые утверждают, что созданный ими нейрокомпьютерный интерфейс — удобный в использовании и позволяющий печатать около 12 слов в минуту — будет полезен для многих людей, страдающих от паралича или сопровождающихся им болезней.

Статья, описывающая принцип работы нового интерфейса, была опубликована в журнале PNAS 20 октября. Вечером того же дня сразу несколько изданий опубликовали краткие новостные заметки, в которых говорилось, что китайские ученые создали

первое в мире устройство, «способное переводить мысли человека в слова» и «распознавать сигналы головного мозга и интерпретировать их в звуки». Говорилось также о создании «прибора, который умеет распознавать те буквы и слова, о которых мы думаем в то время, когда мы говорим вслух или про себя»,

а также «устройства, которое наделено свойством извлечения звуков речи в тот момент, когда идет смена электрической активности головного мозга человека». Помимо этого, все издания единогласно утверждали, что автор изобретения — профессор Сяоган Чень из Университета Тсиньхуа.

В действительности изобретение исследовательской группы Сяогана Чэня — не первое в мире устройство такого рода. Разработка нейрокомпьютерных интерфейсов началась еще в 1970-х годах, и в настоящее время они активно используются пораженными различными недугами людьми.

Синтезаторы речи — устройства, переводящие образы или печатный текст в звуки, — также уже изобретены: все, кто интересуется выступлениями физика-теоретика Стивена Хокинга, страдающего от бокового амиотрофического склероза, могли слышать, как этот прибор работает.

А вот описанный китайскими учеными интерфейс печатает текст, а не озвучивает его — так же, как и его более медленный предшественник Р300 speller. Распознает он не «буквы и слова, о которых мы думаем», а воспринимает реакцию мозга на мерцание отдельных участков специального монитора — читать человеческие мысли ни один прибор, к сожалению или к счастью, пока не способен.

Кроме того, Университета Тсиньхуа в Китае не существует, а вот название пекинского Университета Цинхуа дословно переводится как «благородный» или «изящный» университет.

Источник

Земля рано появилась в эволюционирующей Вселенной. Согласно новому теоретическому исследованию, в то время, когда происходило формирование нашей Солнечной системы, во Вселенной присутствовало лишь восемь процентов от числа потенциально обитаемых планет, которые когда-либо будут сформированы в ней. И этот процесс формирования планет не прекратится и к тому времени, когда «сгорит» наше Солнце, то есть через шесть миллиардов лет. К этому времени большая часть таких планет – всё 92 процента – ещё не будут сформированы.

Это заключение базируется на оценке данных, собранных при помощи космического телескопа «Хаббл» и знаменитого «охотника за планетами», космического телескопа «Кеплер».

В ранней Вселенной формирование звезд происходило с огромной скоростью, однако к настоящему времени оно существенно замедлилось, при этом во Вселенной остались большие количества гелия и водорода, из которых в течение многих лет будут продолжать формироваться звезды – хотя и с меньшей, чем в ранней Вселенной, скоростью. В новом исследовании, проведенном астрономами во главе с Питером Берузи из Научного института космического телескопа, США, авторы отмечают, что процесс формирования планет земного типа в нашей Вселенной продолжает активно идти и сегодня, и будет продолжаться до тех пор, пока не «выгорят» полностью все звезды Вселенной – что должно произойти не раньше, чем через 100 миллиардов лет. Поэтому сейчас во Вселенной сформировалась лишь небольшая часть потенциально обитаемых планет, заключают исследователи.

Работа появилась в журнале Monthly Notices of the Royal Astronomical Society.

Источник

Таинственный характер света, идущего от далекой звезды, может быть признаком внеземной цивилизации, заявляют некоторые астрономы, вызывая возмущение среди своих коллег. Не стоит делать поспешных выводов, сказало НАСА.

«Эта таинственная звезда, KIC 8462852, демонстрирует необычную кривую светимости, – сказал Стив Хоуэлл, ученый американского космического агентства, бывший член команды космического телескопа «Кеплер». – Такая кривая светимости не характерна ни для обычной экзопланеты, ни для двойной звезды. Однако, я думаю, не стоит спешить относить её на счет иной космической цивилизации».

В работе, опубликованной недавно Табефой Бояжан, обладателем ученой степени доктора философии из Йельского университета, США, в соавторстве с несколькими астрономами-любителями, говорится, что необычный характер кривой светимости этой звезды связан с наличием экзопланеты, вокруг которой обращается значительное количество материи. Эта работа была опубликована в октябре в британском журнале Monthly Notices of the Royal Astronomical Society.

На кривой светимости этой звезды наблюдаются нерегулярные спады величиной от 15 до 22 процентов. Обычная планета не может обусловливать настолько мощные спады светимости, поскольку даже в случае прохождения перед звездой гигантской планеты размером с Юпитер мощность светового потока, идущего от звезды, должна уменьшаться не более чем на 1 процент.

В работе Бояджан обсуждаются различные естественные сценарии, включая дефекты оборудования – космического телескопа «Кеплер» – накопление плотного слоя астероидов перед звездой или космическое столкновение, породившее множество осколков-комет.

Однако другой американский астроном, Джейсон Райт из Университета штата Пенсильвания считает, что необычный характер кривой светимости обусловлен наличием мегаструктур, выстроенных представителями внеземных цивилизаций и выполняющих роль своего рода «солнечных панелей».

Хоуэлл решительно не согласен с теорией Райта: «Ранее было обнаружено, что другая звезда, KIC 4110611, также имеет необычную кривую светимости, однако через несколько лет научных исследований выяснилось, что она представляет собой систему из пяти звезд. Так что, сам по себе этот необычный сигнал ещё отнюдь не указывает на присутствие в космосе инопланетян».

Источник

Астрономы из научно-исследовательского центра SETI в Маунтин-Вью, США, начали поиск внеземной жизни возле звезды KIC 8462852. Чтобы уловить сигналы от высокоразвитых существ, ученые задействовали антенную решетку Аллена — мощный радиотелескоп, представляющий собой сеть из 42 антенн-тарелок.

Выводы о том, что звезда KIC 8462852 может быть как-то связана с высокоразвитой цивилизацией, астрономы сделали на основе данных телескопа НАСА «Кеплер». Телескоп обнаружил, что за последние годы звезда несколько раз меркла. Пролетающее мимо звезды небесное тело не могло вызвать настолько сильного и долгого снижения светимости, поясняют ученые. Другие гипотезы (например, облако пыли) также пока не могут объяснить странного поведения звезды.

 Единственным объяснением мерцания KIC 8462852 на сегодня является версия о поясе комет, вращающихся вокруг звезды. Но, существует и еще одна, немного фантастическая, версия — приближение к звезде крупных структур, предположительно построенных внеземной высокоразвитой цивилизацией. Например, крупными площадками с солнечными панелями. «Да, мы действительно ищем сигналы внеземной жизни с помощью телескопа, — заявил прессе ведущий астроном SETI Сет Шостак. — Однако, возможно все объясняется каким-то явлением, о котором мы пока не знаем». Как объяснил Шостак, мерцания пульсаров, например, в 1960-х воспринимались учеными как возможные попытки установления контактов инопланетной цивилизацией. Позже выяснилось, что пульсары — это вращающиеся нейтронные звезды, которые часто испускают радио-импульсы, направленные иногда в сторону Земли.

Пока подобного рационального объяснения не найдено, гипотеза о внеземной жизни будет всерьез рассматриваться учеными, поясняет Space.com.

Источник

В интервью «Газете.Ru» помощник президента России по научно-образовательной политике Андрей Фурсенко рассказал о том, что ждет российскую науку в ближайшие годы, откуда ей ждать финансирования и новых задач.— По прежнему многие ученые говорят — и справедливо — о недостатке финансирования науки в России…
— В этом году был сформулирован очень важный принцип: доля ВВП, которая тратится на фундаментальные исследования, не должна уменьшаться. Такое поручение было дано по итогам заседания президентского Совета по науке.
 Пожалуй, в первый раз на моей памяти расходы именно на фундаментальные исследования были отнесены к защищенным статьям. Президент специально подчеркнул, что, конечно, важна вся наука, но все-таки фундаментальная наука — это прямая ответственность государства. И по сравнению с прошлым годом расходы на нее по крайней мере не упадут. А может быть, немножко подрастут.

— А как быть с тем, что рубль упал?
— Эта проблема касается не только науки, но и всей экономики, включая покупки на бытовом уровне. Понятно, что когда экономическая ситуация обостряется, то однозначно возникают проблемы везде, в том числе и в такой зависимой от бюджета сфере, как наука, например с закупками импортного оборудования и импортных расходных материалов. Это означает, что надо лучше планировать, надо четче концентрировать имеющиеся ресурсы на выделенных приоритетах.

Но хотя разговоров про слабый рубль много, я пока не слышал, чтобы какие-то принципиально важные исследования из-за этого были остановлены.

— А согласитесь ли вы с тем, что существует слишком серьезный дисбаланс между финансированием фундаментальной науки и финансированием прикладной? Нужно ли с этим что-то делать? 
— Соглашусь. В нашей науке очень мало внебюджетных средств. Когда мы оцениваем бюджетное финансирование нашей науки, видим, что находимся в группе лидеров. Но когда начинается оценка привлечения внебюджетных средств, то тут ситуация ухудшается, причем и в относительных показателях, и в абсолютных. В разных странах, конечно, это распределение выглядит по-разному, но в Японии, США и странах Европы доля бюджетных средств на науку составляет 20–40%.

У нас же из бюджета идет 75–80% от общего объема финансирования науки. Это ненормально.

Это означает, что у нас нет полноценного партнерства с экономикой, с промышленностью. Может быть, отчасти это связано с тем, что наша наука, которая конкурентоспособна в ряде секторов, в качестве приоритетов выбирает не те сферы, где есть спрос на результат. Известно, что сегодня существенная часть финансирования в науке во всем мире идет в сферу биотехнологий, в исследования, связанные с медициной, с продуктами питания. У нас же до последнего времени традиционно считалось, что главная наука — это физика и что основные средства должны идти именно туда. Причем речь касалась не только ОПК, но и гражданской науки.

Действительно, в этой сфере мы неплохо смотримся, на хорошем уровне.

Но надо понимать, что сегодня главный спрос и главный центр тяжести в новых исследованиях сместился в другую сторону. И мы за этим смещением в полной мере не уследили.

Я думаю, что если наш академический сектор в науке (а я включаю туда и исследования в ведущих университетах, и исследования в национальных исследовательских центрах) в большей степени обратит внимание на то, что сейчас наиболее востребовано — и в мире, и в стране, то, думаю, и система финансирования тоже может поменяться. А если не обратим на это должного внимания, то так и будет получаться, что у нас деньги будут тратиться на результаты «чужой науки». Будут закупаться под ключ новые технологии, новые приборы. У нас сейчас идет перевооружение, например, медицинской сферы, перевооружение сельского хозяйства, пищевой промышленности, строительства, ЖКХ. Подавляющая часть разработок, технологий, продукции, которые сегодня в этих сферах носят высокотехнологичный характер, куплены за рубежом, причем, что называется, под ключ.

— И что же с этим делать?
— Надо более тесно работать с бизнесом. В первую очередь привлекать бизнес к формированию заявок, заказа, добиваться того, чтобы бизнес включился в полной мере в целеполагание для науки. И еще одно: чтобы решить, что делать, надо понять, почему мы должны делать то или иное. Мы очень мало внимания уделяем анализу наших приоритетов. Первое, чем мы должны заниматься (президент на последнем заседании Совета по науке это подчеркнул), — это разработкой стратегии научно-технологического развития страны, включая определение приоритетов.

Нужно сформулировать принципы определения новых направлений, которые должны иметь максимальную поддержку. Чтобы был реальный спрос со стороны промышленности, экономики, со стороны общества.

И чтобы это стало серьезным побудительным мотивом для ученых — заняться именно этими работами, этими направлениями. Одновременно должны быть определены меры, которые обеспечат создание соответствующей инфраструктуры, кадровое обеспечение именно этих направлений.

— Что должно быть написано в этой стратегии? Вот, допустим, увеличение продолжительности жизни в стране. Такая цель может быть задачей, на основе которой какие-то мероприятия пойдут в стратегию?
— Даже это требует расшифровки. Мы какую жизнь хотим сделать более продолжительной? Если мы говорим, что должны обеспечить долгую качественную жизнь, то надо объяснить, что мы понимаем под качеством жизни для здорового человека.

— Экология, продукты…
— Правильно.

— И медицина…
— И медицина! Причем медицина нужна не только для того, чтобы лечить болезни, спасать в кризисной ситуации. Она нужна еще и для того, чтобы поддерживать и восстанавливать здоровье. Самое лучшее лечение — профилактика. Не менее важна и реабилитация. Чтобы, уж если ты заболел, лекарства тебя лечили и давали минимальные побочные эффекты. Вот я часто привожу пример (вы, наверное, об этом писали), что эра антибиотиков кончается. И это вызов для всего мира. Что придет им на смену?

Сумеем мы создать новое поколение антибиотиков, которые являются вредоносными для микроорганизмов и при этом к которым привыкание еще не наступило?

Поэтому если говорить о стратегии, то нужно понять, какие главные проблемы — не научные, а экономические и социальные — стоят перед человечеством в целом и перед нашей страной в частности. И когда мы эти проблемы сформулируем, то посмотреть, на какие из этих вопросов мы могли бы ответить наиболее эффективно с привлечением науки, с привлечением каких-то новых технологий. Стратегия не должна восприниматься как перечисление каких-то проектов. Это более широкая и более значимая вещь.

— Стратегия будет подготовлена в ближайшее время?
— Я не думаю, что это получится быстро. Думаю, полгода-год. Мы должны проанализировать не только научную составляющую,но и социально-экономическую ситуацию, национальную специфику, геополитическую обстановку.

— А кто над этой стратегией будет работать и уже работает?
— Это поручено правительству и нам, вместе с Академией наук.

— То есть по большому счету при желании все люди науки смогут поучаствовать в создании стратегии? 
— Не только науки, я повторяю, не только науки. Это очень важно!

— На этой неделе вы выступаете на крупном конгрессе, посвященном взаимодействию науки и бизнеса. О чем вы там собираетесь говорить? 
— Примерно о том, о чем мы с вами сейчас и говорили. Буду говорить о том, насколько значим именно комплексный подход. Как раз про то, что главное, что сегодня, на мой взгляд, науке нужно от бизнеса, — это не деньги. Деньги придут сами, если будут интересные предложения и достойные результаты.

Главное — это реальное участие в целеполагании, в формировании заказов. Причем не заказ конкретного изделия, а совместное с учеными формирование перспектив.

— А можете ли привести какой-нибудь пример такого взаимодействия?
— На мой взгляд, примером такого взаимодействия должна стать Научно-технологическая долина МГУ. Она будет состоять из нескольких кластеров, и в их рамках (а я знаю, что уже соответствующие аналитические работы проделаны) нужно будет понять, как отвечать на многие острые ключевые проблемы. Я видел один из обзоров, который делался «Иннопрактикой» — той командой, которая сейчас готовит проект технологической долины. Там встречается тот же самый вопрос, связанный с резистентностью к антибиотикам. Для другого кластера есть целый блок вопросов, связанных с принципиально новыми материалами. Например, для «Росатома», перед которым проблема материаловедения стоит очень остро. Я не хотел бы это обсуждать, правильнее, если об этом будут говорить люди, которые отвечают за разработку. Но многие бизнес-партнеры высказали готовность пойти в долину, и они ориентированы на то, что у них под боком будет очень серьезный интеллектуальный потенциал из МГУ, причем молодой потенциал. Молодые преподаватели и, что очень важно, студенты, аспиранты — это люди незашоренные.

И с этими людьми бизнес-партнеры смогут и обсуждать, и решать какие-то проблемы.

Чем хорош МГУ? Своей универсальностью, энциклопедичностью, фундаментальностью. Там очень серьезная медицина, хороший биофак, неплохое материаловедение и очень сильная математическая школа. Коли так, то бизнес — если он займется анализом того, что там есть, совместно с учеными, — действительно имеет шанс что-то найти вместе с ними для будущего. И самое главное, чтобы эта совместная работа была налажена.

Вы же слышали, наверное, кто в долине будет потенциальными партнерами.

Среди них есть люди, которые видят узкие горлышки в масштабных задачах. И они могут сказать ученым: вот это надо расширить.

Конечно, может, это идеалистическая картина, но надо ставить себе задачи такого масштаба.

— Хочется сравнить со «Сколково», но уже много говорили, что это разные проекты. Спрошу так: почему подобный проект никто не пытался создать раньше? 
— А у нас многое изменилось за 10 лет, с момента начала национальных проектов в образовании, в здравоохранении и в сельском хозяйстве. Это были очень масштабные проекты. Параллельно с этим, вспомните, когда в 2008 году возник кризис, и стало ясно, что, к сожалению, кризис становится перманентным, было принято еще одно принципиальное решение: достаточно крупные суммы — 100 млрд руб. на три года — были брошены на развитие ряда новых инструментов в области науки, в том числе на программу «мегагрантов» и реализацию 218-го постановления, когда мы деньги начали давать не исследователям, а бизнесу, для того чтобы бизнес, добавив свои средства, сделал заказ университетам на интересующие его исследования.

В результате сегодня в России мы имеем несколько десятков университетов, которые абсолютно конкурентоспособны в мире, по всем направлениям. Это неплохо, согласитесь.

У нас как минимум такое же количество научных институтов, которые по своему оборудованию и по кадровому составу конкурентоспособны на мировом уровне. У нас начало расти количество научных работников в стране, причем за счет молодежи. Начали появляться более серьезные и масштабные задачи. Технологическая долина сегодня позволяет сделать следующий шаг в науке. Видимо, нужны новые формы. И нужен новый уровень задач.

— Ну все-таки далеко не все ученые в стране довольны своим положением…
— Ну, у нас по-прежнему «плач Ярославны» присутствует, что все плохо, все не так. На самом деле страна, в которой полторы сотни абсолютно конкурентоспособных исследовательских центров и университетов нормально работают, способна реализовать серьезные проекты. Мы можем сколько угодно сетовать на то, что у нас процент финансирования от ВВП не такой, как, например, в Финляндии или в Израиле. Но мы должны помнить, что масштаб нашей страны и масштаб нашей науки — не в удельном выражении, а в абсолютном — все-таки позволяют нам рассчитывать на большее. Поэтому те вопросы, которые мы перед собой ставим сегодня, они появились не только потому, что мы «взбодрились», а потому, что появились объективные возможности для решения вот этих задач.

Ответы Андрея Фурсенко на вопросы о реформе РАН, фонде «Династия», деятельности «Диссернета» и теологии будут опубликованы во второй части интервью.

Источник

В течение последних 20 лет астрономы пристально изучали особый тип экзопланет, называемый «горячими юпитерами», в попытке ответить на вопрос: как могли эти гигантские раскаленные планеты оказаться на таких небольших расстояниях от родительских звезд?

Сегодня ученые из Мичиганского университета, США, совместно с командой коллег сделали удивительное открытие: исследователи обнаружили планетную систему, в которой помимо одного горячего юпитера находятся ещё сразу две планеты, расположенные на близких к горячему юпитеру орбитах. Это открытие дает ученым новые ценные сведения о процессах формирования и миграции планет.

Вплоть до настоящего времени ученые обнаружили свыше 300 горячих юпитеров, однако никогда прежде не было обнаружено системы, в которой горячий юпитер имел бы планет-компаньонов в непосредственной близости от него.

«Теория формирования и миграции планет ещё далека от завершения, – сказала Джульетт Беккер, аспирант факультета астрономии Мичиганского университета и главный автор новой научной работы, описывающей это открытие. – Даже сегодня ученые не в силах понять, что заставляет горячие юпитеры оказываться там, где их находят при наблюдениях, то есть на орбитах, близких к родительской звезде. Согласно теории формирования планет крупные газовые планеты формируются на значительных расстояниях от своих звезд».

Беккер и её команда сделали свое открытие при помощи данных, полученных от миссии К-2, базирующейся на космическом аппарате, на котором установлен телескоп «Кеплер». Одна из обнаруженных планет-компаньонов горячего юпитера по размерам близка к Нептуну, в то время как другая, более близкая к звезде планета-компаньон, относится к классу суперземель.

Источник

Сближение кометы Сайдинг-Спринг с Марсом, состоявшееся в прошлом году, дало астрономам редкую возможность наблюдать, как ведут себя кометы из облака Оорта, согласно новому исследованию.

Это комета пролетела на расстоянии 135000 километров от поверхности Марса – достаточно близко для того, чтобы в тонкий слой атмосферы планеты попали кометные пыль и газ.

В течение этого короткого пролета мимо Марса, комета сбросила примерно от 1000 до 2000 килограммов пыли, содержащей в своем составе магний, кремний, кальций и калий – то есть, элементы, входящие обычно в состав горных пород – в верхнюю атмосферу Красной планеты, сообщается в новом исследовании.

Комета Сайдинг-Спринг также оставила после себя значительные количества диоксида углерода, азота и воды – которые не могли быть обнаружены, поскольку все перечисленные вещества входят в значительных количествах в состав марсианской атмосферы. Однако долгосрочное воздействие пролета кометы на атмосферу Марса было минимальным, сказала главный автор работы Кери Лисс, астрофизик и старший научный сотрудник Лаборатории прикладных исследований Университета Джона Хопкинса, США.

«Это было кратковременное событие, – сказала Лисс в интервью Space.com. – Марсианское небо было загрязнено пылью, но это продолжалось в течение лишь одного-двух марсианских дней, после чего небеса на планете вновь очистились».

Исследование вышло в журнале Science.

Источник

Отдел «Газеты.Ru» продолжил изучение архивов Нобелевского комитета и рассказывает, какие российские и советские ученые номинировались на получение премии в области физики в период с 1901 по 1964 год.Нобелевская премия по физике для отечественных ученых является самой «урожайной»: в 1958 году награду получили Павел Черенков, Игорь Тамм и Илья Франк «за открытие и интерпретацию эффекта Черенкова». Через четыре года лауреатом стал Лев Ландау «за пионерские теории в области физики конденсированного состояния, в особенности жидкого гелия». Еще через два года Нобелевский комитет отметил Николая Басова и Александра Прохорова «за фундаментальные работы в области квантовой электроники, которые привели к созданию осцилляторов и усилителей, основанных на мазерно-лазерном принципе».

В 1978 году Петр Капица получил награду «за основополагающие изобретения и открытия в области физики низких температур».

В 2000 году лауреатом «Нобеля» стал Жорес Алферов «за разработку полупроводниковых гетероструктур, используемых в высокоскоростной и оптической электронике». В 2003 году Нобелевскую премию вручили Алексею Абрикосову и Виталию Гинзбургу «за пионерский вклад в теорию сверхпроводимости и сверхтекучести». Наконец, в 2010 году имеющий российский паспорт, но работающий в Англии

Константин Новоселов стал самым молодым в истории лауреатом Нобелевской премии за открытие графена вместе с выходцем из России Андреем Геймом.

Отдел науки «Газеты.Ru» продолжает анализ архивов Нобелевского комитета, который раскрывает подробности присуждения премии лишь спустя несколько десятилетий, на этот раз рассказывая, кто из российских и советских ученых был реальным кандидатом на Нобелевскую премию по физике с 1901 по 1964 год.

Петр Николаевич Лебедев

  

Петр Лебедев родился в 1866 году. В юношеские годы он увлекался физикой, но поступать в университет не имел права, потому что окончил реальное училище. Из-за этого Лебедев продолжил обучение в Императорском московском техническом училище. В 1887 году, не окончив учебу, Петр Лебедев уехал в Германию, где работал под руководством известного физика Августа Кундта.

В 1899 году Петр Лебедев экспериментально доказал теоретическое предположение Максвелла о давлении света на твердые тела, а в 1907 году — и на газы. Эта работа внесла огромный вклад в развитие исследований электромагнитных явлений.

Помимо этого, Лебедев занимался изучением хвостов комет и воздействия гравитации на перераспределение зарядов в проводниках.

Петр Лебедев занимался и преподавательской деятельностью — именно он стал создателем первой в России физической школы, влияние которой чувствуется до сих пор.

Прожил выдающийся физик всего 46 лет — он умер в 1912 году из-за больного сердца.

Александр Гаврилович Гурвич

  

Александр Гурвич номинировался на Нобелевскую премию по медицине десять раз: в 1929 году, два раза — в 1932-м, три раза — в 1933-м, столько же — в 1934-м, а также в 1938 году. В 1935 году Нобелевский комитет также рассматривал кандидатуру этого ученого, однако тогда он выдвигался на получение премии в области физики.

Гурвич родился в 1874 году в Полтаве, окончил Мюнхенский университет. Свои основные труды создал в Таврическом университете, где занимался преподаванием с 1918 по 1924 год. Основными достижениями ученого является

открытие сверхслабых излучений живых систем (mitogenetic rays — способность живых клеток испускать очень слабое ультрафиолетовое излучение). Это излучение получило название митогенетического, а открыто оно было в результате опытов на корешках лука.

Важное практическое значение открытия обнаружилось при исследовании раковых опухолей: Гурвич доказал, что излучение злокачественных клеток сильно отличается от излучения клеток здоровых, а в крови раковых больных он обнаружил вещество, способное подавлять митогенетическое излучение нормальных клеток.

Александр Гурвич также является создателем концепции морфогенетического (биологического) поля. Морфогенетическое поле — это особые биологические сигналы, испускаемые группой клеток в процессе формирования тканей. Эти сигналы определяют, в каком направлении и с какой скоростью должны делиться клетки, чтобы орган приобрел необходимую форму.

В 1941 году Гурвич получил Сталинскую премию по биологии за исследования в области рака. Скончался в 1954 году в Москве.

Дмитрий Владимирович Скобельцын

Выдвигался на получение Нобелевской премии в 1947 году.

Дмитрий Скобельцын родился в 1892 году, его отцом был физик Владимир Скобельцын. После окончания Петроградского университета Дмитрий Скобельцын занялся изучением эффекта Комптона — некогерентного рассеяния фотонов на свободных электронах.

Скобельцын одним из первых использовал камеру Вильсона (прибор для регистрации следов заряженных частиц) для исследования этого эффекта, а также космических лучей. Физик доказал существование заряженных частиц космических лучей, а также продемонстрировал, что они появляются группами, так называемыми ливнями, заложив тем самым основы физики высоких энергий.

В 1951 году Скобельцын был удостоен Сталинской премии за открытие образования электронно-ядерных ливней и ядерно-каскадного процесса.

Дмитрий Скобельцын умер в 1990 году. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Владимир Иосифович Векслер

Номинировался на Нобелевскую премию девять раз: в 1947, 1951, 1956, 1957, 1964 и дважды — в 1948 и 1959 годах.

Владимир Векслер родился в 1907 году, окончил Московский энергетический институт. В самом начале своей научной карьеры работал на Эльбрусе и Памире, исследуя космические лучи. В результате этой работы были открыты электронно-ядерные ливни.

Благодаря исследованиям Векслера стало возможным создание ускорителей заряженных частиц — фазотронов, синхротронов, синхрофазотронов. В 1947 году при непосредственном участии физика был создан первый советский синхротрон, а через десять лет — самый мощный на тот момент синхрофазотрон в городе Дубне.

Ученый скончался в 1966 году. В 1994 году Российская академия наук учредила премию им. В.И. Векслера.

Владимир Козьмич Зворыкин

Выдвигался на получение Нобелевской премии по физике в 1954 году.

Родился в 1888 году в семье купца первой гильдии, окончил Муромское реальное училище, после чего поступил в Санкт-Петербургский технологический институт. В 1912–1914 годах учился во Франции, во время Первой мировой войны служил в войсках связи в Гродно.

Во время Гражданской войны находился в Омске, столице Белого движения, где занимался оборудованием радиостанций. В 1919 году, когда Зворыкин был в командировке в Нью-Йорке, правительство Колчака пало. Возвращаться ученому было некуда, и он остался в США.

В 1929 году Владимир Зворыкин создал кинескоп, через два года завершил создание иконоскопа — передающей телевизионной трубки.

В 1933 году ученый представил электронную телевизионную систему, а в 1940-е годы сумел разбить световой луч на зеленый, синий и красный цвета, создав цветное телевидение.

Зворыкин неоднократно посещал СССР, способствуя распространению телевидения в стране.

Совместно с американским исследователем Джеймсом Хиллером Зворыкин разработал сканирующий электронный микроскоп, во время Второй мировой войны работал над созданием приборов ночного видения и бомб с телевизионной наводкой.

Скончался ученый в 1982 году, похоронен в США на кладбище Принстона.

Сергей Иванович Вавилов

Номинировался на получение Нобелевской премии дважды, причем посмертно — в 1957 и 1958 годах.

Родился в 1891 году в семье фабриканта обуви Ивана Вавилова. Старшим братом Сергея Вавилова был Николай — известный генетик и селекционер. В 1914 году окончил физико-математический факультет Московского университета, во время войны служил в инженерных частях.

Основным направлением работы физика было исследование явлений физической оптики, в частности люминесценции. Вавилов стал основоположником нового направления — микрооптики, внес большой вклад в развитие нелинейной оптики.

Вместе со своим аспирантом Павлом Черенковым Сергей Вавилов открыл эффект Вавилова — Черенкова, свечения, вызываемого в прозрачной среде заряженной частицей, которая движется со скоростью, превышающей фазовую скорость распространения света в этой среде.

Черенковское излучение широко используется в физике высоких энергий для регистрации частиц и определения их скоростей. За это открытие Павел Черенков получил Нобелевскую премию по физике 1958 года — уже после смерти Вавилова.

Сам Сергей Вавилов скончался в 1951 году. Его научные достижения были отмечены четырьмя Сталинскими премиями, врученными в 1943, 1946, 1951 годах, а также посмертно — в 1952 году.

Алексей Александрович Наумов

Номинировался на Нобелевскую премию по физике в 1957 году.

Родился в 1916 году, окончил Московский институт инженеров связи, во время войны служил радиоинженером.

Наумов участвовал в создании циклотронов — циклических ускорителей тяжелых заряженных частиц (протонов, ионов). В качестве ускорителей используется электрическое поле неизменной частоты.

Алексей Наумов совместно с физиком Гершем Будкером руководил созданием первых в СССР ускорителей на встречных пучках. За эту работу ученые были награждены Ленинской премией 1967 года.

Алексей Наумов умер в 1985 году.

Евгений Константинович Завойский

Номинировался на Нобелевскую премию по физике восемь раз: в 1958, 1960, 1961, 1963 годах, дважды — в 1959 и 1962 годах, а также два раза выдвигался в качестве кандидата на премию по химии — в 1958 и 1960 годах.

Евгений Завойский родился в 1907 году в семье военного врача. Учился на физико-математическом факультете Казанского университета. Известность ученому принесло открытие электронного парамагнитного резонанса — суть этого явления заключается в резонансном поглощении электромагнитного излучения неспаренными электронами. Открытие метода электронного парамагнитного резонанса привело к выдающимся успехам в физике магнитных явлений, физике твердого тела, физике жидкостей, неорганической химии, минералогии, биологии, медицине и других науках. На основе явления резонансного поглощения сверхвысокочастотного излучения создан, например, квантовый парамагнитный усилитель, использующийся для осуществления дальней космической связи.

В 2009 году академик Виталий Гинзбург говорил в своем интервью:

«Я подробно изучал эту проблему и должен сказать, что заведомо мы потеряли лишь одну Нобелевскую премию, которую должен был получить Евгений Завойский за открытие электропарамагнитного резонанса».

Евгений Завойский умер в 1976 году.

Герш Ицкович Будкер

Номинировался на Нобелевскую премию вместе с Алексеем Наумовым в 1957 году.

Родился в 1918 году, учился в Московском университете. Во время войны служил на Дальнем Востоке зенитчиком. Вместе с Алексеем Наумовым работал над созданием циклотронов, исследовал управляемые термоядерные реакции, а также проводил эксперименты на встречных пучках, во время которых частицы движутся навстречу друг другу.

В 1965 году Будкер впервые предлагает концепцию электронного охлаждения пучков протонов и ионов —

этот метод и сегодня используется в лабораториях, работающих с тяжелыми ионами.

Скончался Герш Будкер в 1977 году в Новосибирске.

Николай Николаевич Боголюбов

Выдвигался на Нобелевскую премию пять раз: в 1959 и 1963 годах, и трижды — в 1960 году.

Родился в 1909 году в семье преподавателя богословия, философии и психологии, духовного писателя и протоиерея Николая Михайловича Боголюбова. Николай Боголюбов проявлял интерес и способности к математике с раннего детства. Его отец поощрял увлечение сына и брал для него книги в университетской библиотеке.

В 14 лет Боголюбов стал участником научного семинара в Киевском университете, в 1924 году написал первую научную работу. В 1925 году, когда Боголюбову было 16 лет, малый президиум Укрглавнауки принял решение:

«Ввиду феноменальных способностей по математике считать Н.Н. Боголюбова на положении аспиранта научно-исследовательской кафедры математики в Киеве».

Труды Николая Боголюбова принадлежат к различным областям математики, математической физики, нелинейной механики, статистической физики и кинетики, теории сверхпроводимости, квантовой электродинамики, квантовой теории поля, теории элементарных частиц. В каждой из этих областей результаты, полученные ученым, являются фундаментальными.

Николай Боголюбов умер в 1992 году. Его старший сын Николай пошел по стопам отца, став физиком-теоретиком, специалистом в области математической физики и статистической механики. Является доктором физико-математических наук, членом-корреспондентом РАН, главным научным сотрудником Математического института им. В.А. Стеклова РАН.

Абрам Федорович Иоффе

Номинировался на получение Нобелевской премии в 1959 году.

Родился в 1880 году в семье купца второй гильдии. Учился в Санкт-Петербургском технологическом институте и Мюнхенском университете.

В 1911 году Иоффе определил заряд электрона, однако опубликовал свою работу в 1913 году. Из-за этого первооткрывателем заряда электрона считается американский физик Роберт Милликен, который опубликовал результаты своих экспериментов несколько раньше.

Абрам Иоффе является автором работ по экспериментальному обоснованию теории света, физике твердого тела, диэлектрикам и полупроводникам.

Крупнейшей заслугой ученого Иоффе является основание физической школы, которая позволила вывести советскую физику на мировой уровень. Под руководством Иоффе начинали свою научную деятельность многие виднейшие физики, в том числе и будущие Нобелевские лауреаты Петр Капица, Николай Семенов, Лев Ландау.

Ученый скончался в 1960 году на своем рабочем месте.

Помимо вышеперечисленных отечественных ученых в категории «Физика» Нобелевский комитет рассматривал Николая Белова, однако он был еще и кандидатом на премию в области химии. О нем отдел науки расскажет в будущем материале, посвященном тем отечественным деятелям науки, которые были близки к Нобелевской премии по химии.

Источник